• Shri Ganga Pharmacy

  • Vyas

  • Sri Sri Ayurveda

  • Baidyanath

  • Himalaya Herbals

  • Aasha_Herbals

  • Raj Rasayana Herbals

  • Shahnaz Husain

  • Biotique

  • Dabur

Творчество. От противоположностей к посвящению - Аюрведа Плюс. Магазин аюрведических товаров.

Творчество. От противоположностей к посвящению 07.09.2011

Творчество. От противоположностей к посвящению

I

"Внешняя музыка
Рождается из внешнего инструмента.
Внутренняя музыка
Рождается из сердца.
Имя этой внутренней музыки -
Единство."
(Шри Чин Мой)

       В поисках примирения духовного мира с бытиём проходит так или иначе вся жизнь мыслящего человека, исключением не являются и люди творящие - художники, актёры, писатели, композиторы и поэты. В рамках этой статьи придётся отказать в серьёзном внимании той части из них, которые "работают ради средств к существованию", речь пойдёт об искателях истины по велению сердца, романтиках, духовных странниках, которым были когда-то посланы способности к созданию образов, отражению мира. Хотя в ситуации начала ХХI века кажется уже, что и писать не о ком или не для кого, но это только кажется, творцы "от внутренней потребности" есть и ниже будут приведены их мысли и описания их маленьких открытий.
       Ещё недавно - в середине ХХ века - Шекспир был "главным  мистиком" для европейцев, а ныне вслед за одним из самых харизматичных учителей Ошо, их уже даже не десятки, а сотни. И если тиражи книг духовных учителей сравнимы с тиражами мировых бестселлеров, а заполнение концертов этнических коллективов сравнимо с заполнением Венской оперы, то случайным это считать нельзя. На этом фоне уже более чем полвека идут разговоры о победе традиции над импровизацией, о "конце эпохи композиторов", а значит и упадке индивидуального творчества; на сценах поются тексты изначальных веков, на театральных площадках ставятся шаманские ритуалы, а что делать "современным менестрелям" и "театрам "Роза" - не писать и не ставить ничего!?

 

      Попробуем ответить на этот вопрос, добавив сюда ещё одну величину - мысль о подлинном предназначении человека творящего образы, которая, конечно же, может показаться спорной, особенно, если отбросить ограничения, данные когда-то "христианским" миром. Ведь, на первый взгляд, реинкарнация должна перечеркнуть любые национальные и родовые культурные связи с прошлым, ведь неизвестно, где душа художника жила и нарабатывала опыт в прошлой жизни, и что принесла с собой в эту. Например, почему художник Поль Гоген уехал из благополучной Англии именно на Гаити, может, он поехал отдавать свои "кармические долги"? Вот, что он писал в 1897 году: "Мне хочется только тишины, тишины и ещё тишины. Дайте мне умереть спокойно, полностью забытым", а перед тем, как попытаться отравиться мышьяком, он ещё и отразил свою душевную боль в картине-завещании "Откуда мы? Кто мы? Куда мы идем?". Отсюда ясно, что в соединении бытия с мечтой почти неминуемо возникает вопрос - откуда мы? - и у людей творчества ответ на него жизненно важен, если конечно забыть о том, что всё предопределено и циклично в этом мире, то есть о том, что "…ритуал и революция есть различные стратегии приведения мира в порядок…." (Владимир Мартынов. "Конец эпохи композиторов"). Следуя совету композитора и христианского богослова, чьи слова тут приведены, попробуем привести в порядок мысли о подлинном, как если бы мы и были Гогеном или Сами Собой на духовном распутье.
        Исходя из этого, всё, что написано в этой статье, все за и против, все возможные сослагательные повороты, весь опыт, все позитивные и негативные примеры, все цитаты, что вовлекут в наш разговор очень интересных собеседников, я считаю попыткой ведического взгляда (связывающего воедино законы мироздания и нашу цивилизацию) на вопросы духовности творчества. Взгляда, который может помочь избежать как минимум тупиковых ситуаций Человеку и Человеку Творящему в первую очередь.


II

"Пилигрим, куда ты направляешься по выбранной тобой дороге,
В поисках ответов на вопросы -
почему стихают ветра, и куда исчезают истории.

Одна дорога лежит к бриллиантам, другая лежит только к тебе,
ко всему, что ты говорил.
Что из того, чему ты удивляешься в своем сердце,
является истинным?"


          Это часть стихотворения этно-певицы Эньи (Enya - Pilgrim), которая ещё раз подтверждает: вопрос о ПОДЛИННОСТИ существенен и для неё. В данном случае она, как творец, не повторяет устоявшийся канон и более того является по сути, основательницей стиля "Нью Эйдж" в музыке конца ХХ века. Тем самым, опровергая тезис о "конце эпохи композиторов" и вытекающую из него победу канона-традиции над синтезом-импровизацией. Её песни понятны даже не знающим английский язык, за смысловой ряд прекрасно "говорят" тембры инструментов и голосов, ритмы и медитативность, и видеоряд на эти песни часто очень органичен. Следует отметить, что для подобного исследования переводчицей Анной Мамонтовой были переведены множество текстов известных этно-исполнителей, и Энья оказалось "самой смысловой" среди них, что и определило выбор. Всё это должно нам говорить о том, что если "смерть композиторов" и может произойти, то не в этих песнях Эньи.

         

         Она ставит вопросы, она же ищет ответы и делает это в узнаваемой эстетике, одухотворённо, соответствующим голосом и инструментарием, как бы "по-техничному" этот вывод не звучал. Что будет дальше с этими песнями, кто знает?! Они многим дарят радость, восторг… И вот ещё цитата:

"Одухотворённая музыка предлагает восторг, а не витальное (эмоциональное) возбуждение. Витальное возбуждение - это одно, а восторг души - это другое. Восторг души очень силён, очень глубок, но в то же время он не создаёт никакого небожественного, чувственного удовольствия в теле. Он просто переносит; он переносит всё существо в Высочайшее, как воздушный шар, и затем, когда шар лопается, вы плывёте в океане блаженства."
(Шри Чин Мой)

         Подобная музыка, должно быть, ступенька, из грубого мирского в мир тонкий и духовный. Здесь, на примере музыки Эньи, в свете слов просветлённого мастера, я хочу оспорить мнение тех, кто считает ритмичную музыку не духовной, а светской. Думаю, что помимо композиций Эньи, можно вспомнить хотя бы то, что вся шаманская традиция построена на ритме и это не мешает данной традиции быть духовной. Просто, в определённые исторические периоды возникает девальвация ценностей, а вместе с ней и боязнь боязни девальвации ценностей, страх перед изменениями и поисками, перед импровизацией, и неприятие реализации художника, то есть его творчества. Довлеющие ритмы, низкие энергии, игра на инстинктах, случайные или грубые слова песен - всё это атрибуты мира бездуховного. Но думаю, что судить о нужности и полезности искателей и творцов нужно в каждом конкретном случае из состояния покоя и уравновешенности, из полного приятия мировой истории эволюции человечества. Хотя издревле существуют, приведённые ниже оценки и выглядят, конечно же, "ведром холодной воды" на голову не в меру заигравшихся в творчество личностям.

          

           "Музыка смутных времён… Когда барабаны и литавры гремят, как гром, когда гонги и цымбалы звенят, как вспышки молнии, когда лютни и свирели, пение и танцы подобны воплям - ЦИ в сердце слушателя приходит в смятение, в ушах и глазах - сумятица,  всё тело-естество - в потрясении… Это - утрата чувства ЦИН - музыки-ритуала". ("Люйши Чуньцю")

         "Утрата мызыки-ритуала" - очень важная фраза. Ритуал, часто воспринимается, как нечто консервативное и надуманное, особенно в кругах творческих и излишне материалистичных. Но, если под ритуалом понимать "вхождение в поток", обострение внимания, получение нового опыта от одного человека к другому, то на языке мирском, ритуал может быть назван: разминкой, увертюрой, настройкой на пути к синтезу и творческой революции, к новым историям вхождения в мир образов творцов. И опыт творения, что художники получают и транслируют в мир, может быть  мистичен и глубок, и решать вопрос о мере духовности данного акта нужно не глобально, а локально, то есть персонально. Поэтому, исходя из вышесказанного, конфликт между каноном и импровизацией, что обозначен в ХХ веке философами и богословами кажется надуманным, он обусловлен страхами страха девальвации ценностей, как я уже говорил. Хотя не исключаю и популистский момент - темы поэт и толпа, поэт и Бог - кажутся хорошими поводами для бескровной войны идеологий, одним из методов саморекламы.
         Очень важно в смутные времена на всех уровнях сохранить структуры и сообщества, в которых людям будут переданы знания, соответствующие пониманию их места в этом мире. Это звучит также по-другому: учитель сам, когда нужно призовёт своего ученика, и ученик должен искать и не отчаиваться. Я очень много раз работал в жюри различных песенных фестивалей и могу сказать точно: мир творчества - это эволюционная лестница. Как "бардовскому кругу" непонятны песни про "нади" (энергетические каналы в теле человека), так и мальчишкам с гитарами из какого-нибудь рабочего посёлка не прочувствовать толком вопрос Гамлета: быть или не быть? Это попытка диалога пришельцев из разных миров. Иногда кажется, что существуют различные галактики восприятия, соответствующие ступеням эволюции сознания. Но, по моему опыту, в каждой такой "галактике" есть индивидуумы, которые видны "во всех мирах", те, что дают почувствовать людям, что они не только потребители сиюминутных и локальных зрелищ, а творцы мостов между временами и мирами. И этим одарённым на всех уровнях приходит помощь в виде доброго слова или дела, порой из прошлого, порой из настоящего. Эта помощь можно назвать ПОСВЯЩЕНИЕМ ХУДОЖНИКА или обретением подлинного, проверенного временем и опытом, ориентира. Поэтому важно, чтобы все конфликты между философами и богословами не приводили к "ночи ведьм", навешиванию ярлыков, "консервации сообществ", важно, чтобы культурные, этнические, духовные сообщества были открыты всем, кто имеет желание испытать на себе их воздействие. Важно потому, что в дверь любого храма могут постучать будущие творцы новых вселенных. Так было и так будет вероятно всегда, так задуман мир!

"Хвалю…
Видящих душу друг друга в думах о мысли благой,
В думах о слове благом, в думах о деле благом…
Творений Ахура-Мазды* они - творцы, созидатели,
Создатели и хранители, и стражи, и покровители.
По своему изволению в жизнь превратят создание
Без умирания, без увядания и без тления…"


(* - верховный бог зороастрийцев, сотворивший мир усилием воли)
("Авеста")

      На всех уровнях, всех эволюционных лестниц, человека ищущего и творящего конечно ждут испытания и порой не шуточные. Легко оказаться белой вороной, бедным родственником, непонятым гением, юродивым в кругу родных, возможно в очень узком кругу не понявших тебя людей, где ты получаешь одни тумаки, где никто тебя не принимает. В таком кругу не то, что инициации или посвящения не получишь, тёплого словца не услышишь! Однако и здесь всегда есть выход. Творчество не знает географии… Россия издревле славилась смекалистыми ремёслами, когда из соломы, бересты, глины делались чудо-сувениры. А песни сопровождали людей в самых необычных ситуациях, и приводили к небывалым высотам посвящения в мастерство, в высшую подлинность. Конечно, многое забыто и люди в поисках истины создают что-то новое, но вряд ли стоит предавать забвению прежний оправданный житиём, опыт, то есть праведный опыт. Об этом следующая глава, почти полностью взятая из одной книги, строки которой ведут нас в забытую старину, в уклад русской глубинки, что отличается от современной жизни, прежде всего отношением к труду и отдыху. Труд и отдых были коллективными и связанными обрядами, обычаями, уходящими вглубь далёких дохристианских, ведических времён. Кажется, есть, чему поучиться!

III

          Глава о певцах-торговцах древней Руси - офенях - открывает ещё одну грань малого творца, художника, сказителя, скомороха. Лицедей был творцом правильного образа мира, в действах лицедеевых, со смехом, живо и смело, можно было карать негодяев и награждать обиженных. По сути, лицедеи могли творить "Божий суд" на земле, и тем самым конечно же, формировали духовные приоритеты зрителей; действа были наградой, отдыхом и дыханием будущего в честной, трудовой жизни крестьян и ремесленников.
                                          
"Крестьянская психология подходит к земле и пашне не как к месту боя, которое надо преодолеть, а как к месту жизни, где текут пот и кровь, но где и праздники празднуются и творятся обряды… Таков же подход скомороха и офени к дороге. Поэтому дорога состоит для него не только из расстояний и опасностей, но из труда и радости… Все виды труда были посвящены определённым Богам и воспринимались, как обряды…
В седьмой же день, когда ты был в праве ожидать божественного одобрения своего служения, Боги приходили в гости к людям… Приход Бога в гости означал радость и праздник, то есть гуляние и внутреннюю тишину, не деяние в действии, чтобы ты не просмотрел, не прослушал Бога. Не деяние в действии по-русски означало Действо…



Сейчас под спектаклем понимается жизнь понарошку. Но для человека той эпохи это не так. Нет, эта жизнь для них абсолютна всерьёз. Но что-то же в действии понарошку?! Труд понарошку! В праздник нельзя трудиться, поэтому и назывался на Руси завершающий день седмицы - Неделя. День не деяния…"

"…всякий лицедей, он исчезает за маской и для зрителя и для самого себя. А это значит, что на сцене присутствует вместо него другой, и какова бы ни была конкретная личина, а лицедей будет менять их неоднократно, как оборотень, этот другой не просто персонаж и даже не человек. Главным оборотнем в этом мире является тот, кто может принимать все образы и даже более того, кто их творит, то есть Бог. Он-то и разговаривает с народом во время скоморошьего действа, только умей услышать его сквозь шум персонажа…

Для этого и требовалась способность переходить в праздность непосредственно из труда, находить радость, как признак присутствия Бога, во всём, что тебя окружает, но ещё важнее, уметь впадать в божественное не деяние, чтобы не просто слышать Богов, а и быть домом, принявшем Гостя…"

      
      Здесь, после этих строк, позволю себе сделать акцент на столь редком оружии в арсенале творящих, как смех. Здоровый смех, сатира, снимающая напряжение, страхи и порой поднимающие над суетой истину, особо ценны в народной традиции. Кстати, если вспомнить шута из "шекспировского" Короля Лира, то нельзя не признать, что народная традиция средневекового скомороха "гением британца" поставлена на невиданную высоту.

IV

      А в следующей главе словом будет поведано то, что казалось бы словом и не передать. Это описание пения офеней в деревенской избе, и  не просто исполнения песен, а ПОСВЯЩЕНИЯ в древний канон, щедрый дар прошлого нам, несущим духовность дальше. Я сам много раз испытывал на сцене и в зале подобные состояния, но никогда ещё не видел до этого текста успешных попыток передать подобные состояния словом. По этому тексту я стал сверять все свои впечатления от действия на сцене, а также с удовольствием попадал в подобные мистические пространства мастеров других искусств и знаний…

        "…Однажды летом 1989 года в одной деревушке Ковровского района мне удалось собрать сразу троих (офеней - певцов-торговцев Руси), при чём одну бабушку, тётю Шуру, я привёз аж из Савинского района… Благодаря этому я впервые имел возможность не только услышать их "духовное пения", но и увидеть саму систему входа в состояние такого пения… Они запели какую-то народную свадебную песню, которую я пока ещё нигде больше не встречал. Я внутренне заскучал и приготовился пережидать время, пока снова не предаставится возможность задавать вопросы об офеньском прошлом. Начало сразу не заладилось, наверное, потому что они давно не пели вместе. На мой взгляд, им надо было просто поспеваться, но Поханя, как они звали хозяина, сказал тёте Шуре: "Позволения, Егоровна, позволения…" Я ничего не понял, но она кивнула и приступила ещё раз. Должно быть, у них опять что-то не заладилось, потому что Поханя остановился и сказал своей жене: "Ну-ка, Кать, побеседуй с ней. Не в позволение идёт…" Бабки тут же как-то перестроились, будто вырезали свой собственный мирок, замкнулись друг на друге, и я услышал после нескольких незначительных фраз о самочувствии, как тётя Шура рассказывает о том, как к ней не так давно приезжали с радио и записывали на магнитофон пение. Сумели уговорить, хотя она и отказывалась. А она после них разнервничалась, потому что это может быть грех. Я не смог тогда понять, почему она тогда считала то пение грехом, а это нет, но она рассказала, что чуть ли не дала себе слово вообще не петь больше. "Так чуть ли или дала?" - тут же спросила тётя Катя. Тётя Шура засмущалась, а потом призналась, что решила больше не петь совсем, когда Поханя с тётей Катей умрут. Все засмеялись. Ей было 85 лет в это время, и я понял, по их смеху, что хозяева старше.

         


         (Потом ещё тётя Катя вспомнила, что не открыла ворота для козы, чтобы та зашла во двор сама с выгона. Побежала и открыла)
… После этого песня пошла лучше… Я с удовольствием наблюдал на практике их систему очищения сознания, которую они называли Крещением, и с которой я уже был неплохо знаком к тому времени.
…Устранив все помехи, старички всё-таки распелись, и маленькое чудо за которым я приехал, всё же произошло для меня… Их голоса вдруг начали сливаться, причём, вначале слились каким-то странным образом голоса тёти Кати и Похани, хотя я не могу объяснить, что значит для меня "слились". Но другого слова я найти не могу. Голос же тёти Шуры, хоть и красивый, несколько дисгармонировал на фоне их совместного звучания. Потом вдруг что-то произошло, и она словно впрыгнула внутрь их голоса и слилась с ними. Какое-то время их совместное звучание осознавалось мною, как слившиеся голоса, но произошёл ещё один переход, и общее звучание-голос словно отделилось от них и звучало само по себе, будто над столом, вокруг которого они сидели, появилось самостоятельно поющее пространство!..
У меня в теле началась мелкая дрожь, словно я трудился до изнеможения на голодный желудок, в глазах начало плыть. Изменились очертания избы, лица стариков начали меняться, становились то очень молодыми, то жуткими, то просто другими. Я помню, что ко мне из кромешной тьмы пришли очень важные для меня воспоминания, но это было почему-то страшно и больно, и я вдруг заметил, что боюсь глядеть на певцов. Я сумел выдержать это состояние, только потому, что уже испытывал подобное раньше, при учёбе у других стариков. Песня закончилась. Они ещё сидели какое-то время улыбаясь, словно чего-то пережидая. И действительно, через некоторое время то ли моё состояние, то ли состояние пространства стало возвращаться к обычному: сначала вернулись на место обои на стенах, потом исчезли, точно растаяли у меня на глазах мои странные воспоминания, и я не смог их удержать… А Поханя сказал:
- Вот, совместились… - и велел подавать чаю."
(Духовное пения старой Руси. А. Андреев)

V

       Кажется, саморазвивающийся сюжет статьи, привёл меня к первому промежуточному финишу, и я оглянулся. Оглянулся и пришёл в некоторое волнение от кажущейся бессмысленности развития темы. С одной стороны, "следуй своей дорогой, и пусть люди говорят что угодно" (А. Данте), то есть, пусть тебя запишут в маргиналы и ты "сгинешь для истории", но ты - творец был, есть и будешь! А с другой - функция поэта в русском, например, обществе начала ХХ! века уже не та, что была в середине ХХ-го столетия. После нескольких десятилетий жизни в культурной среде с определённой погрешностью я могу предположить, что творить какие-то образы может уже каждый второй, а вызывать "чувство сопричастности творческому действу" может один из ста. И я знаю, что многим художникам слова, прямо в глаза говорят, что они зря тратят время, что они не гении, что лучше бы деньги зарабатывали или… или служили какому-нибудь Богу. То есть, возникает (как образ) пропасть, разрыв между тем, что кажется ПОДЛИННЫМ и тем, что считается ВЫСШИМ.

"…Сознание человека развивалось медленно и трудно. Миновало множество столетий, пока этот процесс подвел его на путь культуры (начало которой неправомерно датируют четвертым тысячелетием до Рождества Христова, когда вошла в ход письменность). Эволюция человеческого сознания далека от завершения: ведь до сих пор значительные участки разума погружены во тьму. И то, что мы называем психикой, ни в коей мере не идентично сознанию".
( К.Г.Юнг)

        Можно рискнуть под одной из психических функций художника-творца понимать поиск подлинности, а под сознательной функцией - высшего начала, тогда встаёт призрак очередного ПРОТИВОРЕЧИЯ. Творчество - это свобода синтеза, а осмысление, это окунание в какую-либо традицию, в канон, в структуру и большой эгрегор!.. Но попробуем не считать это противоречием, а просто назовём это - например - диалектической нормой, одним из путей реализации потенциала. То есть, некто пробует создать новое и примеряет его к уже известному, тогда трагического противоречия нет. Может быть, этот путь из юности в зрелость и интеграцию будет "скоморошьим", может быть "дорогой нью-эйдж", а в ком-то сразу проснётся "проводник канона и традиции", но если творец имеет "материал для созидания", как можно его осуждать!? Как можно считать несуществующим данный организм и его действия?

         

         "…Ребенок, как я уже говорил, обладает чувством завершенности, но только до поры начального проявления самосознания. У взрослого человека чувство завершенности достигается через соединение сознания с подсознательным содержимым разума. Из этого союза возникает "трансцендентная функция души", посредством которой человек может достичь своей высочайшей цели: полной реализации потенциала своего индивидуального Я". ( К.Г.Юнг)

        И здесь возможны варианты. Обратимся ещё к одному "создателю звуков", но, что особенно важно, Мастеру по Йоге, Имраму. Вот, что он пишет о своём творческом методе:

"Сейчас я пишу музыку таким образом... Сначала я вижу "видеоматериал", у меня возникают чувства, ощущения. И потом, совершенно спонтанно, это все проявляется в виде музыки. То есть, с духовного тонкого мира эти звуки, вибрации очень мягко ложатся на физический, психоэмоциональный план. Это, по сути, метод спонтанной реализации. Специально ничего не делается, все происходит совершенно спонтанно. В какой-то момент, когда я пишу, я даже не знаю конечный результат, но я наблюдаю за тем, что происходит. Иногда пальцы сами работают. Музыка берется из духовных планов. И, по мере возможности, трансформируясь под те звуки, звучания или вибрации инструментов, которые создаются, она появляется в таком виде".

        

Спонтанность творца, получившего ПОСВЯЩЕНИЕ, это тоже один из путей художника. Хотя, история знает умышленно обратный логический ход: только ПОСВЯЩЁННЫЕ имеют право на… на что угодно, чаще всего. Достаточно вспомнить сюжетную линию книги братьев Стругацких "Трудно быть Богом": на смену светской власти приходят духовная диктатура. Зерно "духовной диктатуры", присутствующее в любой "почве" может быть источником энергии для творца, но способно также взойти лесом копий… Инквизиция и прочее, прочее…
         И всё же в примере с його-терапевтом и музыкантом Имрамом, можно уверенно говорить, что его творческий метод (неосознанный и спонтанный, но ориентирующийся на познание Бога, абсолюта) это один из самых высоких путей художника.

VI

         Приступая к написанию статьи на столь важную тему - о подлинности в творчестве - я сразу же подумал, что неплохо было бы вспомнить, с чего начиналось "моё творчество", ведь я не сразу взял ручку, чтобы писать стихи, и не сразу обрёл голос, чтобы петь песни. Не смотря на то, что могут возникнуть упрёки, например, в нескромности, я решил, что все серьёзные события, опыты, полученные в жизни необходимо запоминать в подробностях и осмыслять, и раз уж я раньше этого не сделал, то время и место настало. К месту будет привести небольшую цитату из "Большой Советской Энциклопедии" о романтизме, с которого начинается творческий путь у очень многих художников-творцов.

"Романтизм, идейное и художественное направление в европейской и американской духовной культуре конца XVIII - первой половины XIX вв. Отразив разочарование в итогах Великой французской революции, в идеологии просвещения и буржуазном прогрессе, Романтизм противопоставил утилитаризму и нивелированию личности устремлённость к безграничной свободе и "бесконечному", жажду совершенства и обновления, пафос личной и гражданской независимости. Мучительный разлад идеала и социальной действительности - основа романтического мировосприятия и искусства. Утверждение самоценности духовно-творческой жизни личности, изображение сильных страстей, одухотворённой и целительной природы, у многих романтиков - героика протеста или национально-освободительной, в том числе революционной борьбы соседствуют с мотивами "мировой скорби", "ночной" стороны души, облекающимися в форму иронии, гротеска, поэтику двоемирия. Интерес к национальному прошлому (нередко - его идеализация), традициям, фольклора и культуры своего и других народов, стремление создать универсальную картину мира (прежде всего истории и литературы), идея синтеза искусств нашли выражение в идеологии и практике Романтизма. <…> Характерное для Романтизма внимание к внутреннему миру человека выразилось в культуре субъективного, тяге к эмоционально-напряженному, что определило главенство музыки и лирики в Романтизме. <…>" (Советский энциклопедический словарь, М., 1984, с.1132.)


           Всё это к тому, что многих, кто творит, причисляют к "последним романтикам", меня тоже это не обошло. Часть романтического опыта передали мне другие творцы, отец-поэт и дед, что играл в цыганском ансамбле. Потом уже известные личности: Владимир Высоцкий, Александр Вертинский, Николай Заболоцкий, Борис Гребенщиков и Константин Никольский. Это, если так можно сказать, учителя моего духа. Я наполнялся их искусством, как мог, и это было очень сильно во мне, что-то типа "моего коллективного бессознательного". Иными словами, я получал от них ПОСВЯЩЕНИЕ в творчество - так было и так должно быть всегда. И пусть первые попытки моего творчества были скромными, потом было только мощнее и мощнее. А первый опыт творения, нахождения духовного эталона, как мне теперь видится, или "точки отсчёта" прикосновения к подсознательному, скрытому глубоко внутри, начались в одиннадцать лет…
       В памяти возникает большая светлая комната, "тихий час" в пионерском (детском) лагере. Я рассказываю не спящим сверстникам о невиданной чудной стране - Солнцегории. Стране, которой правили герои - изыскатели, где было многое по другому, чем в тогдашней России - СССР. Они защищали природу, животных, боролись с нечестными людьми, создавали фирмы, творили музыку и песни, запросто летали по небу и в космос… В этих рассказах в первый раз на моём пути соединились романтические мечты прошлого и реалии космического века, а также страстное желание яркого и наполненного смыслом будущего. И тут же вспомнились два события того лета: появление над тропинкой из фонарного столба шаровой молнии и опыт "предсмерти".
      Дело было так. Я и несколько ребят убегали из лагеря на маленькую неглубокую речку жечь костёр и печь картошку. Купался я в речке нечасто, так как плавать не умел, но один раз всё-таки решился пройти по броду и тут же течение вынесло меня на глубокое место. Я увидел мир с глубины в 3 метра глазами утопленника. Потом казалось, что это было долго - минуты три, но инстинкт самосохранения, данный вероятно каждому, заставил меня выплыть на мелкое место за считанные секунды. Кажется, этот опыт мог толчком к дальнейшему творчеству. С того лета фантазии стали превращаться в записи, а через некоторое время я взял в руки гитару и начал писать романтические песни.
       Сейчас уже ясно, что путь длинной в более, чем 30 лет, был мощнейшей практикой приятия мира, пристрастного внимания к себе и обучению у других творцов техническим тонкостям искусства. За эти годы, я понял, что есть множество способов испытать покой и вдохновение, принять критику и начать всё заново. Взлёты и падения, как неотъемлемая часть интуитивных поисков, перестали волновать после того, как я почувствовал изменение пространства после исполнения некоторых песен и после того, когда начались написание песен в потоке, точнее самонаписание песен. Это необходимо проиллюстрировать!

Кто в своей беззащитности бывает жестоким?
Это должен быть тот,  кто судьбою храним.
Тот, кто жаждал узнать горькой жизни уроки,
а узнав, неизменен остался и юн.

       До сих пор, чувствую жар, когда такие строки пишутся четверостишие за четверостишием. Так были написаны многие стихотворения, причём, можно было даже - плутовать и играть - прерывать написание песни на час или день! А потом она всё-таки дописывалась, сохраняя дух, не говоря уж о ритме: "Дхора", "Элизабет", "Кикимора", "Большая медведица", "Баллада о звуке" как будто были продиктованы кем-то. Особенно запомнилась история написания "Баллады о Каге" в Башкирском посёлке Кага, где я никогда не был, а после обзорной экскурсии по горам в первый же вечер написал песню, которая стала в тех местах легендой. Потом, идя по туристскому маршруту, я понимал, как "угадал", как "попал в тему" и дивился мистицизму творчества, восхищался божественной игрой.
        Творчество "по заказу" не шло. Хорошие, "долгоживущие песни" писались самым неожиданным образом, в самых неожиданных местах, один раз песня была записана на пачке сигарет знакомого, другая на рекламном буклете. Что удивительно, что после написания самых "резонансных песен" - я помню точно - сразу же возникало чувство обретения покоя и мира, даже на бытовом уровне. Позитивные отношения с незнакомыми людьми, ощущение внутри огромного океана, получение в готовой форме необходимых знаний, нахождение нужных тембров, ритмов, тяги к импровизации, ресурсов и даже здоровья - всё это сопровождало долгие годы творчества. И самое главное ощущение, что возникало после оценки внешних пристрастий и позиции в искусстве, это - ощущение "не выбора", а "ведения", как продолжения неизвестного ранее бытия. Казалось, и кажется, это можно называть ПОДЛИННОСТЬЮ и праведностью, в широком понимание этого слова, а оно по словарям такое: "настоящее", "оправданное житиём". Романтизм превратился в Пульсирующий песнями позитивизм, посыл к щедрости и море энергии.
         Особенно хочется выделить слова: "оправданный житиём". Для меня за ними весь строй жизни великих гениев и подвижников России и Земли, все их достижения и ошибки, свершённые и продолженные другими людьми, дела. Особенно, это касается Александра Сергеевича Пушкина и его произведений, говорят кстати, что они тоже в свою очередь имели связь с ведическим житиём дохристианской Руси и находят сходство с произведениями Индии, такими, как "Рамаяна". Из всего этого ясно, что нить творчества, как энергетический канал, протянута к каждому из нас от предков, хотя каждый в разной степени чувствует её. Укрепляет эти связи саморазвитие, как книжное, так и физическое. Уже позже возникла необходимость изучать свои энергетические свойства, думать о чистоте каналов, по сути, о ритуалах подготовки тела к пропусканию высоких энергий.

         
          "…Горловая чакра - это духовный центр искусства. Открыв этот центр, вы сможете стать очень хорошим музыкантом или творческим человеком в любой области. Из этого центра могут быть развиты все художественные способности. Трудность заключается в том, что, если ваша природа нечиста, то, когда вы откроете этот центр и станете великим художником, это будет всецело ради славы и почестей, и всё ваше устремление пропадёт…" (Шри Чин Мой)
        
Продолжение следует...

Автор - Владимир Юхно




Теги: 

Возврат к списку

(Нет голосов)

Оставте заявку и мы свяжимся с вами.